2019
01фев
Тезисы выступления первого заместителя прокурора Архангельской области Николая Калугина на расширенном заседании коллегии прокуратуры области 31.01.2019

Уважаемые Татьяна Александровна, Виктор Анатольевич, члены коллегии, коллеги!

Как констатировалось у нас до 31.10.2018 все обозримое прошлое, анализ оперативной обстановки не дает оснований ожидать на территории области террористических атак. 

Однако, … с серьезным тротиловым эквивалентом случилось.  

И начал сегодня с этого, не пользуясь случаем и не спекулируя на событии…

Есть над чем задуматься и сделать правильные, очень необходимые выводы.

Кто он наш мальчик, по факту – подорвавший себя в расположении регионального управления ФСБ – фанатик-одиночка или зомбированный и нацеленный либо озадаченный и управляемый – не суть.

Хотя как-то по времени близко с событиями в Керчи … (цепная реакция?)

Любой вариант – современные террористические угрозы и вызовы, и сущностно именно это, а также то – какова степень готовности и реальная возможность им противостоять.

А для нас – достойная и предельная по компетенции отработка своего сектора противодействия!

Грянуло и как водится – начали креститься...

Результат, а он – доминанта всех достижений надзора за год – на диаграмме.

Без малого в 2,5 раза в сравнении с годом до того рост вскрытых нарушений антитеррористической защищенности – не доблесть, а скорее укор предшествовавшему … конечно же не бездействию, но все же достаточно отчетливо присутствующему, совершенно недопустимому факультативу.

Атакован БАСТИОН!

И только поэтому мы просто обязаны в контексте даже близко несравниваемой уязвимости всех объектов нашего внимания проникнуться и системно, жестко и последовательно добиться должного в их защищенности.

На уголовно-судебном направлении нуждаются во внимании и прояснении следующие позиции:

Задачи, что ставила коллегия прокуратуры области в своих решениях от 01.02.2018 и 26.07.2018 в связи с введением в судах районного звена суда присяжных и относительно практики заявления государственными обвинителями ходатайств о вынесении частных постановлений, номинально выполнены.

 Что за этим имеем.

 Шаги первые (самые всегда показательные) районной присяжности по стране (июнь – октябрь 2018 г.) – против 17 обвинительных 10 оправдательных приговоров (37 %).

У нас на сегодня только обвинительные вердикты.

Но дифирамбы здесь, а звучат… наверное же не уместны.

Хотя бы потому, что рассмотрено пока всего 3 дела.

Бесспорный позитив – дебют по делу Логвинова (Октябрьский районный суд), где единогласно и что называется «по всем статьям обвинения» и без снисхождения.

А вот по двум другим делам проявилось как раз то, о чем пытались достучаться и против чего привить рефлексию расследующим и надзирающим на досудебном коллегам:

     по делу Николаева и Сергеева (Октябрьский районный суд) в обвинении забыли указать, что в результате выстрела из обреза одна из дробин расколола потерпевшему зуб и вонзилась в челюсть;

       по делу Шатровского (Исакогорский районный суд) собачий поводок, использованный по версии обвинения в качестве удавки, и фотосессию следов его использования у потерпевшей не изъяли.

Указанное «народные судьи» не УВИДЕЛИ, словам и в протоколах написанному не поверили.

И в итоге – вердикты хоть и обвинительные, но в обоих случаях за минусом главного – виновности в покушении на убийство.

Может быть поле приложения наших усилий мы и вспахали, и даже что-то посеяли …

Теперь очень напряженно надо культивировать!

Действие декабрьского 2017 года информационного письма «О рассмотрении судами ходатайств прокуроров о вынесении частных постановлений (определений) по уголовным делам» пока понятно лишь в реально изменившемся подходе в заявлении таких ходатайств – рекомендации здесь в целом исполняются, а также воочию проявившемся принципе «лучше меньше да лучше» – на фоне резко сократившегося с 455 в 2017 году до 283 в истекшем числа вынесенных судами по нашим ходатайствам «частников» более чем в два раза снизился удельный вес неудовлетворенных судами ходатайств – одно из семи заявленных (14 %) тогда как в 2017 году это было практически каждое третье.

Ясности нет в значимости того, о чем заявляем, и собственно об эффекте действия запрошенных нами судебных актов.

И вот это предлагается обобщить и проанализировать.

Глядишь и востребуется изменение статьи 17.4 КоАП РФ, что мы продвинули через областное Собрание депутатов, позволяющее теперь привлекать к административной ответственности не только за неисполнение редких в издании частных определений судов, но и их частных постановлений. 

Нет смысла спорить с тем, что любое упрощенное по сравнению с обычным порядком как предварительное, так и судебное следствие – повышенный риск всевозможных нарушений, прежде всего – прав граждан-участников уголовного судопроизводства.

С середины 2015 годы пытаемся применение особого порядка судебного разбирательства привести к золотому сечению, разумному и верному применению.

Количество с того времени снизили радикально, по минималу уверенно занимали два года после ГВП и прокуратуры Калмыкии третье место.

Но как пока известно, в середине прошлого года нас оттеснила на четвертое прокуратура Алтайского края и ее передовой опыт решением коллегии Генеральной прокуратуры от 30.10.2018 выдвинут на изучение.

Что же происходит с выходом из «особого» у нас объективно?

Уверенность в обоснованности привлечения к уголовной ответственности – да!

Смягчение квалификации и уменьшение объема обвинения, снижение размера инкриминированного ущерба – есть такое.

Этого, в принципе, казалось бы достаточно, чтобы считать курс верным!

Но ни одного по нашей инициативе возврата к более тяжкому.

Единицы преодоления и только в 2017 году пресловутых 2/3 от возможного по обычному ходу процесса наказания.

А в истекшем году отмечено, мягко скажем, тревожное – возвращение судом по собственной инициативе для утяжеления обвинения дела, заявленного к рассмотрению в особом порядке, отмена судом второй инстанции нескольких постановленных «по особому» приговоров с возвращением дел на новое рассмотрение в общем порядке и одного такого же приговора по апелляционному представлению вмешавшегося в случившееся беззаконие вышестоящего прокурора.

Мы не включены в «список» региональных прокуратур, привлекаемых к исполнению пункта 6 плана работы Генеральной прокуратуры на первое полугодие текущего года – мероприятия как раз по теме о чем сказано, и по сему нам в порядке собственного усмотрения следует разобраться в обозначенном выше вопросе – что же реально имеем в секторе «выхода из особого".

За год судами отказано в удовлетворении ходатайств:

о заключении под стражу – 125 + 58 продлений

о помещении под домашний арест – 19 + 15 продлений

Апелляционно оспорено 12 – и все мимо!

Если предположить, что эти 12 случаев самые «достойные», то что тогда представляют из себя остальные 205?

Назрела необходимость тщательно разобраться в таком положении дел, прежде всего с позиции адекватности понимания и исполнения совместного указания от 30.06.2017 «О порядке исполнения уголовно-процессуального законодательства по установлению обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого».

Можно сказать исторический момент – впервые за все время существования областного звена пенитенциарной системы количество отбывавших в течение года наказание в его исправительных колониях не превысило их лимита.

И зримо работает принцип сообщающихся сосудов – поступательное возрастание осужденных к наказаниям без изоляции от общества, разумеется, с соответствующим и не к лучшему изменением качества спецконтингента.

Это дух эпохи – гуманизация называется.

Глубоко в укоренелом осознании периферийный, всегда на остаточном и постоянно недостаточный, однобокий и безинициативный надзор за исполнением не связанных с изоляцией от общества уголовных наказаний просто обязан приобрести совершенно иное звучание и наполнение!

Тут вопросов много и их еще чувствительно множит прогрессивно развивающийся комплекс домашнего ареста и запрета определенных действий (+ 92, + 274, + 412), заработает залог – будет там же.

Единственное что пока здесь у нас в заслуженном активе – так это отобранная у коммерсантов даровая рабочая сила осужденных к обязательны работам.

А так … постоянно, и неизменно при каждом предметном выезде на места профильного подразделения аппарата прокуратуры области в работе задействованных в исполнении наказаний органов уголовно-исполнительной системы и полиции фиксируется не только формализм, но и неприкрытая фиктивность, как в частности – от написания рапортов и справок контроля в период отпусков «с выездом» их авторов либо по уважительным причинам отсутствия на месте контролируемых, до составления таковых на год вперед.

Яркий пример состояния контроля.

Участковый уполномоченный полиции, добросовестно поинтересовавшись в июне прошлого года житием осужденного Ященко, отбывавшего наказание …

… в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, выяснил, что тот работает у индивидуального предпринимателя … ТРАКТОРИСТОМ.

Информацию об этом должностные лица филиала уголовно-исполнительной инспекции оставили без внимания, не попала она и в поле зрения прокуратуры Вилегодского района.

Бездействие создало условия, при которых в июле трактор у своего работодателя Ященко угнал, в чем был изобличен и осужден по части 1 статьи 166 УК РФ.

Уголовные дела в связи с подозрением во вновь совершенных преступлениях в 2018 году возбуждены в отношении 157 осужденных, в том числе 5 несовершеннолетних, из них к концу года осужден 101, в том числе 4  несовершеннолетних.

Есть или напрашивается определенная закономерность в том факте, что наибольший в сравнении двух последних лет прирост преступлений в исполнении осужденных отмечен в зоне ответственности прокуратур, не соблюдавших установленную Приказом Генерального прокурора № 6 периодичность проверок – Няндомского района (+ 9, с 8 до 17) и Котласской межрайонной (+ 4, с 5 до 9).

У нас абсолютно не действовала часть 3 статьи 74 УК РФ для замены условного осуждения на реальное по предусмотренному данной нормой основанию системности нарушений.

Была заблокирована напрочь постулатом о том, что повторный учет допущенных условно осужденным нарушений противоречит общим конституционным положениям, Международному пакту о гражданских и политических правах, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которым никто не может быть повторно привлечен к ответственности за одно и то же правонарушение.

Такая вот трактовка известного как «non bis in idem»…

Мнение Верховного Суда Российской Федерации оказалось иным, ждать только пришлось долго, но смеем надеяться, что и мы тут внесли свою лепту, подавая в Генеральную прокуратуру соответствующие предложения.

Что называется – смотрите пункт 111 постановления Пленума Верховного Суда от 20.12.2011 № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора» (в редакции постановления от 18.12.2018 № 43).

И действуйте!

За справедливость … да и в целях превенции.

Неоправдавших и откровенно попирающих доверие суда осужденных «к свободе» немало …

А как отмечено выше – исторический этап развития пенитенциарной системы освободил много жилой площади в местах не столь отдаленных.

Благодарю за внимание!